Представьте себе птицу, не больше вашего большого пальца. Примерно шесть дюймов — то есть размером с американского дрозда. Но к этому крошечному телу прикреплены два хвостовых пера, которые волочатся сзади, создавая шлейф длиной в фут.
Plumadraco bankoorum — это настоящий набор противоречий, в основном потому, что он нарушает наши привычные представления о доисторических птицах. Этот новый вид энанциорнисов жил около 121 миллиона лет назад на северо-востоке Китая. В то время экосистема Цзе-Хоу производила невероятные по качеству окаменелости: сохранились даже мягкие ткани и перья.
Энанциорнисы были чемпионами своего времени. Это самая разнообразная группа птиц мезозоя, насчитывающая более 100 родов, распространённых повсеместно, кроме Антарктиды. Они исчезли вместе со своим господством после падения метеорита.
Но вот что интересно. У большинства из этих птиц вообще не было настоящих рулевых перьев. Только скучные контурные перья, покрывающие область хвоста. Если посмотреть на среднего энанциорниса, его хвост выглядел бы совершенно обыденно. Современные птицы так не устроены: у них всегда есть настоящие рулевые перья. Не у них. До появления Plumadraco.
Его хвостовые пера достигали 29 сантиметров в длину. Само тело? Всего 14 сантиметров. Дословно длина хвоста превышала размер тела в два раза. Второе место в соревновании длинных хвостов занимал Junornis. Его перья были лишь в полтора раза длиннее тела. На его фоне Plumadraco выглядел крайне экстравагантно, а Junornis — вполне сдержанно.
Так зачем? Зачем тратить столько кератина на создание аэродинамического сопротивления, которое можно сравнить с «палками смерти»?
Руководящий исследователь Алекс Кларк считает, что перед нами самец. Почти наверняка. Эта теория идеально вписывается в динамику полового отбора, которую мы наблюдаем сегодня. У птиц, гнездящихся на земле, самкам нужна незаметность. Криптическая окраска скрывает их от хищников во время насиживания яиц. Самцам же камуфляж не нужен. Им нужно внимание.
Это создает эволюционный «пропуск» для самцов. Пусть перья растут. Пусть они будут яркими. Пусть сигнализируют о физической форме. Кларк также указывает на физиологическое ограничение: окаменелости похожих птиц показывают специфические мышечные структуры у основания хвоста.
Эти мышцы ограничивали движение. Птицы не могли махать хвостом из стороны в сторону. Они могли только поднимать и опускать его. Звучит знакомо? Это то же самое движение, которое самцы современных птиц используют во время брачных демонстраций. Самки не «качают» хвостом; это делают самцы. Биология мышц рассказывает историю, которая согласуется с физикой перьев.
Были ли они окрашены? Химический анализ указывает на темлую палитру. Вероятно, стержни перьев были темно-коричневыми или черными. Исследователи использовали масс-спектрометр, который подозрительно напоминал игрушечный бластер, чтобы разобрать химический состав образца. Но химия не улавливает все. Структурные цвета, такие как синий или перламутровый блеск, возникают из-за того, как расположены слои клеток, а не из-за концентрации пигментов. Кончики перьев, возможно, пылали структурными оттенками, которые мы никогда не сможем увидеть в лабораторных данных.
Важно ли это что-либо, кроме интересных фактов? Конечно.
Это окаменелое свидетельство доказывает, что птицы тратили ресурсы на дорогостоящие, удлиненные украшения для привлечения партнеров уже более 120 миллионов лет назад.
Выбор самки — это не новое недавнее эволюционное «трюк». Это древний двигатель изменений. Предпочтение самками самцов с украшениями формировало внешний вид и поведение этих существ задолго до появления человечества. Это предполагает непрерывность в психологии и эстетике птиц, уходящую корнями в глубокую древность.
Статья была опубликована в журнале PLoS ONE. Исследователи называют их «гиперудлиненными декоративными хвостовыми перьями». Сухая терминология для того, что, вероятно, было нелепым зрелищем.
Мы предполагаем, что вымирание заканчивает истории. Но, глядя на Plumadraco, создается ощущение, что они были в середине представления. Хвастались. Готовились к чему-то, что мы пропустили. Или, возможно, просто танцевали в одиночестве на юрском солнце, пока небо не погрузилось во тьму.
